Category: россия

Облюбование Москвы. Девичье поле

Рустам Рахматуллин о Девичьем поле и памятнике Н.И.Пирогову. (Неточности: В.О.Шервуд умер в 1897 г., особняк М.И.Рекк (1897, Москва, Пятницкая улица, 64) строил его сын архитектор С.В.Шервуд).

А в Воспоминаниях В.О.Шервуд упоминает, как юношей видел Пирогова на одном из московских балов:

"Любопытно вспомнить мне, что и Пирогов присутствовал на этом знаменитом маскараде. Великий князь Михаил Павлович беспредельно добрый, умный и даже остроумный, имел неприятность с ним по поводу бальзамирования одной особы (Алексея Николаевича, его племянника), где Михаилу Павловичу показалось, что Пирогов своим спокойным и равнодушным отношением к процессу высказал несколько циничное отношение, но, в сущности, это был обыкновенный хирургический прием. Михаил Павлович был очень зол на него. Случилось, что около Пирогова собралась группа, и он был обращен спиной к Великому князю, когда беседовал с окружающими его. «Это что за плешь?» — спросил Великий князь. Пирогов немедленно повернулся. «Ваше Высочество, эту плешь и в Филадельфии знают», и отошел в сторону".


Originally posted by archnadzor at Облюбование Москвы. Девичье поле
веб-дизайнер, дизайнер, фрилансер, типография

Л.В. Шервуд. Скульптура "Часовой" напротив входа в Третьяковку на Крымском валу в Москве

Москвичам это творение петербуржца-ленинградца Л.В. Шервуда, доступное к обозрению в Москве, думаю, хорошо известно.

Выкладываю фото для не-москвичей.

( Другой московский "Часовой" находится в Музее Российской [бывш. Советской] армии.)

Л.В.-Шервуд_скульптура-Часовой-напротив-Третьяковки-на-Крымском-валу_КОРР

Эмальер Овчинников.

Занимаясь генеалогией и фамильной историей находишь много неожиданного.... Вдруг оказалось, что в конце 19 века Москва была маленькая, все друг друга знали, а то и были в родстве (с некоторыми семьями по нескольку раз): Ганешины, Найденовы, Коншины, Губкины, Бромлеи, Тили...

Внучка Павла Акимовича Овчинникова Нина Александровна Овчинникова вышла замуж за архитектора Иосифа Владимировича Шервуда (1901–1967), сына архитектора Владимира Владимировича Ш.. Смешно сказать, я с ними жил в одной коммунальной квартире на Серпуховской площади первые 2 года своей жизни... Их внуки и правнук(и) живут в Москве, правда про Овчинниковых вряд ли помнят....

Originally posted by il_ducess at Эмальер Овчинников.
У меня сегодня в журнале день прикладного ювелирного искусства Москвы из журнала Анны kykolnik.

Теперь смотрим три поста про Павла Акимовича Овчинникова.
Их фабрика была на Таганке, в доме Лежнева, магазин – Кузнецкий мост, дом 1-го Страхового Российского общества. Collapse )
sport-comfort

Памятник Александру II в Самаре.



Уважаемыйpaleog, среди множества интереснейших открытий, которыми он нас регулярно радует, сделал и такое; нашел следующие уникальные фотографии, честь публикации которых, решил предоставить почему-то мне. Разумеется, я не мог отказаться, и вот они:



Владимир Осипович Шервуд в мастерской, осматривает гипсовую модель памятника.



Леонид Владимирович Шервуд рядом с моделью второстепенной фигуры.



Владимир Владимирович Шервуд.
На фоне кажется виден рельеф для памятника героям Плевны.

К истории Шервудов, ч. I

В январе 2011 года мне случайно передали семейный архив одного из моих дедушек (по другой линии, не Шервуда) с более чем 300 фотографиями, дневниками и десятками писем. Большая часть документов относится к периоду с 1857 по 1918 г. До этого я совсем ничего не знал ни про семью дедушки, ни про ее историю! И вдруг такая бездна... Но многие факты были отрывочны, а события непонятны, не всегда можно было определить кто изображен на той или иной фотографии, и кто кому приходится. И все время очень хотелось узнать, а что было раньше, и еще раньше, откуда и как они оказались в Москве, Петербурге, Екатеринославе, Уэльсе. Вместе с моим вновь обретенным кузеном мы несколько месяцев обсуждали содержание документов, строили гипотезы, выстраивали непротиворечивую последовательность событий.



Поскольку по профессии я историк мне было это особенно интересно (на самом деле это и есть работа историка – распутывать переплетения событий и судеб). В какой-то момент я решил проверить в государственных архивах информацию о прапрадедушке и на меня вновь обрушился вал новых документов и фактов, многие из которых, вызывали удивление, если не сказать больше (чего только стоят, например, собственноручные письма короля Пруссии Фридриха Вильгельма III, адресованные моей пра-пра-пра-бабушке!). Иногда семейные предания, рассказанные мне, вдруг полностью подтверждались. Иногда оказывались лишь преданиями и не находили подтверждения. Постепенно, из разрозненных фактов и событий складывалась цельная история семьи.



В какой-то момент я вспомнил о Шервудах – ведь я о них знаю совсем мало! Я родился в доме на Люсиновском переулке, где в единственной квартире № 1 жили только родственники. Мои самые первые воспоминания детства связаны именно с этим домом: вид из окна на гараж, сумрачная гостиная, комната дедушки, снежная горка во дворе дома. Теперь этого дома больше нет, но странное дело, когда я проезжаю мимо Серпуховской площади у меня всегда возникает чувство, что у меня есть какая-то вторая, немного другая жизнь, которая началась и все еще продолжается здесь, в этом доме.



Сведения о Шервудах, которые я нашел в интернете, были очень неполные и отрывочные – в основном короткие сухие биографические справки и несколько фотографий. Все это, более или менее, я знал. Большой удачей была находка журнала sgt_pickwick, который опубликовал отрывок из Воспоминаний В.О. о Н.С.Кошелевском. Потом, из разговоров с Андреем я узнал много нового про историю семьи. Некоторые разрозненные сведения я узнал и от других родственников. Но никто не смог ответит мне на профессиональный вопрос историка: А откуда это известно? Сохранился ли семейный архив Владимира Осиповича Шервуда? Существовал и существует ли он? Если да, то где и у кого? Представьте, вы вдруг находите семейный архив Шервудов, а в нем.... Вообщем, я попробовал его поискать.

Collapse )



***

К сожалению, в архиве нет никаких документов о жизни Василия Яковлевича Шервуда и его жены Марфы Фоминишны, приехавших в Россию то ли в 1800, то ли в 1801 году. Мы не знаем ничего про их прошлое, ни когда и где они родились и умерли, где похоронены, не знаем ничего о том, что они реально делали и как жили в России. Мы даже не можем сказать с уверенностью сколько у них было детей. Воспоминаиия Владимира Осиповича – единственный источник сведений и о них, и о других членах семьи в первой половине и середине XIX века (конечно, исключение – бурная жизнь Ивана Васильевича Шервуда-Верного).

В Воспоминаниях Владимир Осипович расказывает, что его дедушка и бабушка были католиками – обычно на эту деталь не очень обращают внимание, но их принадлежность к Римско-католической церкви исключительна важна, как для формальных генеалогических поисков, так и для того, чтобы представить английское прошлое семьи. За эту ниточку мы и потянем.



В Москве, где сорок сороков православных церквей, найти метрическую запись о рождении, бракосочетании или смерти, не зная примерной даты и храма, в котором совершался обряд, почти невозможно – на это могут уйти годы. Но католиков в начале XIX в. в Москве было очень немного и только одна Римско-католическая церковь Св. Петра и Павла. Вторая церковь французская Св. Людовика была построена только во второй половине 30-годов XIX в. Все церковные метрические книги Москвы хранятся в Центральном историческом архиве, куда я и отправился (благо он находится на моей улице) в поиске сведений о Василии и Марфе. К счастью, метрические книги за 1830–1840-е годы Римско-католической церкви сохранились и уже через 10 минут я нашел запись о смерти Василия Шервуда:





Метрическая книга

Римско-католической Петропавловской церкви в Москве


Василий Яковлевич умер в 1837 году в возрасте 70 лет (то есть родился примерно в 1767) и похоронен на Введенском кладбище.


Но записи о смерти Марфы в этой метрической книге нет. Может она не была католичкой? Может быть были какие-нибудь внешние обстоятельства и отпевание проводилось в других неправославных церквях? Заказываем метрические книги протестанской и евангелическо-реформатской церквей и находим запись:




Метрическая книга

Евангелическо-реформатской церкви в Москве

Марфа Фоминишна, вдова Вильяма Шервуда умерла в 6 мая 1839 года в возрасте 64 лет (то есть родилась примерно в 1775 году). Тут важно, что в метрической записи указано ее вероисповедание (catholique) и du Hull, то есть Марфа Шервуд из Халла.




Таким образом, мы впервые узнали о годах жизни самых первых Шервудов, приехавших в Россию. Этого не знал даже Владимир Осипович! И никто никогда не видел эти метрические записи.



***

Рассказывая о семье Владимир Осипович вспоминает и детей Василия и Марфы, своих тетю и дядю – Елизавету и Якова, которые жили в доме на Калужской улице. В арихиве Владимира Осиповича сохранились официальные копии метрических записей о рождении и смерти Елизаветы и Якова, которые были выданы в 1870-е годы. По-видимому, эти и некоторые другие документы, относящиеся к членам семьи, собирались им в связи с наследованием дома на Калужской улице после смерти Елизаветы Васильевны в 1872 г.





Выписка из метрической книги о крещениях

С.-Петербургской Римско-католической приходской Св. Екатерины церкви


1802 года января четырнадцатого дня французским священником Степаном Симерорым Годан окрещен со всеми обрядами таинства младенец Елизавета дочь законных супругов Вильгельма Шервуд и его жены Марты, урожденной Фейлан, родившейся 5 дня сего же месяца и года в приходской церкви. Восприемниками были Антоний Ливио кавалер ордена Св. Ионна Иерусалимского и Елизавета Джаксон.
__________________





Выписка из метрической книги о крещениях

С.-Петербургской Римско-католической приходской Св. Екатерины церкви


Тысяча восемьсот шестого года января шестого дня священником иезуитского ордена Иоанном Любеевичем окрещен младенец по имени Яков, сын англичанина Вильгельма Шервуда и его жены Марты (урожденной Фейлан), законный сын, родившейся тридцатого ноября тысяча восемьсот пятого года в приходе сей церкви. Восприемниками были О. Штало и Екатерина Кунингэм.
__________________





Выписка из метрической книги

Московской Римско-католической Петропавловской церкви


о смерти отставного прапорщика Якова Васильева Шервуд,
в коей за 1867 год под № 151 записано:


Тысяча восемьсот шестьдесят седьмого года октября двадцатого дня в г. Москве скончался Яков Васильев Шервуд, приобщен Св. Тайн. Отставной прапорщик, имевший от роду шестьядесят три года прихода сей Церкви. Тело его похоронено двадцать третьего октября сего года на Введенских горах кладбище в г. Москве.
__________________





Свидетельство 108


Дано Московской Римско-католической Петропавловской церквью в том, что проживавшая в Москве в своем доме, Великобританская поданная Елизавета Васильевна Шервут двадцать девятого февраля сего тысяча восемьсот семьдесят второго года в Москве, Серпуховской части волею Божией умерла и тело ея четвертого сего марта предано земле на кладбище, что на Введенских горах в Москве. В чем удостоверяю подписью с приложением печати. Москва мая 22 дня, 1872 года. Московский Декан, настоятель Римско-католической Петропавловской церкви Магистр Богословия канонник Давлэт.
__________________





Сами метрические книги Римско-католической Петропавловской церкви в Москве за 60-е и 70-е годы не сохранились. Сохранились ли метрические книги Римско-католической церкви Св. Екатерины в Санкт-Петербурге за 1800–1805 года я не знаю.






Теперь мы можем записать так:




  • Василий Яковлевич Шервуд (1767–22 апр. 1837, Москва)

  • Марфа Фоминишна Шервуд (1775– 6 мая 1839, Москва)

  • Елизавета Васильевна Шервуд (5 янв. 1802, С-Петербург – 29 февр. 1872, Москва)

  • Яков Васильевич Шервуд (30 нояб. 1805, С-Петербург – 22 окт. 1867, Москва)


И Василий с Марфой, и Яков, и Елизавета – все католики, и все похоронены на Введенском кладбище. Но никто из их многочисленных потомков уже давно не помнит про их могилы... В мае 2011 г. я съездил на кладбище, погулял, но, конечно, могил не нашел....


To be continued...